Что такое medsovet.info? Федеральный медицинский информационный интернет-портал Подробнее

Поиск везде
Данный справочно-информационный материал не является рекламой, не преследует целей продвижения товара, работ, услуг или иного объекта на рынке.
Статьи »  Сюита в розовом и голубом (Роддом на Фурштатской)
Медицинские статьи для пациентов

Сюита в розовом и голубом (Роддом на Фурштатской)

История живет в нашем городе везде: во дворах и парках, на площадях и проспектах. Время застыло в каждом квадрате окна. Историю хранят не только люди, но и здания. Ведь у стен тоже есть глаза и уши. Вот и дом на Фурштатской улице помнит всех тех, кто обрел здесь свое счастье.
Опубликовано: 18 марта 2013

История живет в нашем городе везде: во дворах и парках, на площа­дях и проспектах. Время застыло в каждом квадрате окна. Историю хранят не только люди, но и здания. Ведь у стен тоже есть глаза и уши. Вот и дом на Фурштатской улице помнит всех тех, кто обрел здесь свое счастье.

Очень трудным был год 1937-й. Страна затаилась в страхе, люди боялись всего. Но любить не переставали, любили горячо и как будто в последний раз.

Он – высший партийный чиновник. Она – талантливая швея из семьи рас­кулаченных. Понятно, что им было не по пути. Дороги их не могли пересечь­ся – не должны были. Но когда-то еще девочкой она встретила цыганку на улице, и та, взяв желтой сухой рукой ее пухлую розовую ладошку, сказала: «Красивого мальчика родишь, мучиться будешь, но выдержишь». И она пове­рила, и как бы внутренне согласилась немного пострадать, чтобы у нее был этот самый мальчик, и шила всем своим пупсам только голубые костюмчики. Так и привыкла проводить время свое с иглой и швейной машинкой. Потом работала в ателье, куда, зная прекрасные руки здешних портних, захаживали лучшие и известные люди за новым костюмом. Однажды и он зашел, увидел ее в белой в горошек косынке – и обомлел. Забросил все дела, дождался ее после работы, пригласил в ресторан. Так и закружились их тайные счастли­вые свидания. Ее молодая душа требовала великих чувств и великих жертв. И встреча с ним – удачливым чиновником и чужим мужем – была тем са­мым невероятным случаем, подаренным судьбой. Когда через год она узнала, что беременна, сразу вспомнила предсказание. И даже имя придумала мальчику – Андрей. Молилась, чтобы выносить ребенка. Он обещал, что не бросит и всё у нее будет самое лучшее. Жениться, конечно, не сможет, но рядом останется. И действительно остался – но незримо.

Дом на Фурштатской улице, где размещался отдел милиции, отдали под родильный дом N№ 2. Наш герой вместе с другими принимал решение о выделении помещения и открытии роддома. Именно сюда на служебной машине привез он любимую. Ему было все равно, что подумают подчиненные, семья, которой обязательно доложат… Он вез самую дорогую на свете женщину рожать к врачам, которым больше всего доверял. Через сорок часов мучений она родила мальчика. Навсегда запомнила голубые светлые глаза акушерки, умелые ее руки и голос, который шептал: «Держись, милая, все будет хорошо».

Его забрали в начале 1938-го. Сына он увидел только один раз.

Прошло несколько лет. Война прокатилась по нашей земле, уничтожив лучших, дорогих, молодых. Напугала голодом, холодом, кровью, смертью. Но любовь жила, любовь царила. Даже в самые страшные времена.

1942 год. Только один роддом продолжал работать в блокаду, тот самый – на Фурштатской. В здание попали две авиабомбы. Акушерки, санитарки, врачи сами спешно восстанавливали разрушенное. Помочь некому – война вокруг. Одна роженица очень кричала, звала мужа, плакала. Говорила, что он служит в Ладожской флотилии и телеграммы от него давно не приходят. Живут только его пайком да надеждами. А ребенок – старший, четырехлетний – дома остался, один в холодной квартире на Восстания, на пятом этаже. Без него она рожать не будет ни за что. Лучше умрет вместе с новым своим ребеночком, раз не может старшенькому помочь. Все кричали ей: «Не дури, погубишь и себя, и душу, не рожденную еще!» Но нашлась девушка-санитарка, которая не выдержала ее страданий. Отпросилась у главврача и побежала по улице, закутавшись в телогрейку и платок. Торопилась как могла, долго стучала в квартиру – никто не отзывался. Распахнула дверь, схватила мальчика на руки и через сугробы под метельный звон в ушах вернулась в родильный дом. Женщина успокоилась и легко родила прекрасную девочку.

Назвали ее Катей. В честь санитарки, которая смогла в сложных обстоятель­ствах остаться человеком.

Потом, через много лет, женщина вспоминала, как в роддоме кормили. Масло давали, и кашу перловую, и горох, и овсяный суп, и даже компот. Боль­ше никогда такой вкусной еды она не ела.

Шел 1962 год. Жизнь вошла в свою колею, размеренно катилось ее коле­со. Люди продолжали встречаться, жениться, рожать детей.

Они оба были педагогами, интеллигентами, из семей потомственных петербуржцев-ленинградцев. На их долю выпало немало, и, казалось бы, на­конец все наладилось. Не хватало только одного – ребенка, продолжения ро­да, надежды. Она потеряла двух – выкидыши на ранних сроках. Верить поч­ти перестала. Плакала по ночам в подушку, спрашивала у кого-то мудрого, почему именно им досталось это наказание, за что, за какие такие непонят­ные грехи. Ей уже было к тридцати пяти, и время шло неумолимо. Уже нача­ли думать о приемном. Но однажды после уроков стирала с доски – и вдруг закружилась голова: она и не подозревала, что у мела такой терпкий запах. Оказалось, что это оно – долгожданное чудо новой жизни. Готова была ле­жать хоть все девять месяцев, чтобы свою крошечку сохранить. Только бы все обошлось. Рожала тяжело – ребенок шел неправильно. Боялись, что не смо­жет выдержать. Но ее вытащили лучшие специалисты роддома – той, еще со­ветской школы, когда врач не мог быть троечником. Только отличником, на­стоящим мастером. Она спросила своего доктора, как назвать сына. Он отве­тил: «Пусть Саша будет. Очень уж я Александра нашего Сергеевича люблю». И улыбнулся. А муж часами стоял под окнами дома на Фурштатской, на ве­ревочке передавал ей туда сетки с апельсинами, писал на асфальте мелом «Доброе утро», как мальчишка. Ведь тогда отцов не пускали к новоиспечен­ным мамам и их ребятишкам – и это было очень несправедливо. Мальчик Саша часто слушал рассказы родителей о том времени, когда он только на­чал жить. И решил тоже стать таким врачом, чтобы когда-нибудь кому-нибудь помочь. Правильный, в общем, вышел мальчик. Наверное, потому, что в пра­вильном роддоме родился.

Годы идут. На дворе 1975-й. Уже появились внуки тех, кто пережил вой­ну. Ускорился ритм жизни, но чувства, переживания, мечты остались те же.

Мальчиком он больше всего любил играть в солдатиков. В большой, из ста­рого фонда, коммуналке на Чайковского он разыгрывал целые баталии. Денег на настоящих солдатиков у родителей всегда не хватало. Поэтому он вырезал своих из книг – особенно его ругали за библиотечные – и наклеивал на кар­тон. Исторические книги, оружие и сражения занимали все его мысли. К то­му же у каждого рыцаря должна быть Прекрасная Дама. Свою он встретил еще в школе – ею стала девочка с самой длинной в классе косой. Он носил ее портфель и рвал цветы с клумбы. Откуда было взять другие? После шко­лы их дороги разошлись. Она поступила в университет, быстро вышла замуж, быстро развелась. Он исполнил свою мечту и пошел в военное училище, а потом уехал служить в другой город. Встретились они на пятилетие школьно­го выпуска. Он влетел в актовый зал, где был намечен праздник, и столкнулся с ней у самого входа. Больше они не расставались. Она, в отличие от дам прошлых эпох, не ждала его одна в уютном замке, а ездила с ним по гарни­зонам. Забеременела легко – как жила и как любила. Но там, где он служил, и рожать-то особенно было негде – один роддом на маленький южный город. Он вспомнил, что мама, которая умерла несколько лет назад, рожала его со­всем недалеко от дома – на Петра Лаврова (теперь это Фурштатская улица). Решили – пусть семейная традиция продлится. Он выбил себе отпуск, при­вез жену в Ленинград – и на свет появился мальчик Ваня, который оказался весь в папу. По-военному пунктуален и дисциплинирован – родился по графи­ку и всегда кушал вовремя. Девочку Лену через три года они, конечно, при- ехали рожать сюда же. Там, где есть доверие, расстояния и время не помеха.

Теперь мальчик играет в его старых солдатиков. А девочке какой-то ры­царь уже носит портфель. Клумб вот только обещал не трогать.

Продолжение следует

Валерия Темкина в содружестве 
с директором по развитию медицинской
деятельности и защите прав пациентов
«Роддома на Фурштатской» Натальей
Павловной Сальниковой

Смотрите также

  • Где рожают звезды?

    Где рожают звезды?

    Под чарующую музыку Чайковского плывет на сцене белый лебедь – символ неувядающей красоты и великой любви. Одну из лучших ролей в Михайловском театре заслуженная артистка ...

  • Предупрежден – значит вооружен: осенние болезни

    Предупрежден – значит вооружен: осенние болезни

    Наступает осень, а с ней приходят холода, дожди, непогода и болезни, характерные для этого времени года. Обостряются и многие старые ...

  • Климакс – не диагноз!

    Климакс, о котором совсем недавно не принято было говорить вслух, в 90-х годах прошлого века стал одним из самых актуальных вопросов, касающихся женского здоровья. ...

  • Уреаплазма парвум у женщин

    В нашем организме живет множество различных микроорганизмов. Часть из них – полезные, помогающие жизнедеятельности органов и систем, другая часть – вредные, или ...

  • Родовая травма

    Под термином «родовая травма» понимаются различные повреждения тканей и органов новорожденного во время родов. Родовая травма может приводить к расстройству функций ...

  • Побочные эффекты оральных контрацептивов

    Оральные контрацептивы – самые популярные противозачаточные средства, их выбирает более половины женщин, предохраняющихся от ...

Комментарии

Ваше сообщение

Разрешены файлы форматов: jpg, gif, png, bmp, zip, doc/docx, pdf.
Подпишитесь и мы сообщим об изменениях вам на почту
Нет опубликованых отзывов и комментариев.
Показать больше информации